- Кого еще черти принесли? – пробурчал я.
Я совсем забыл о Лизе с Василием. Сестры не оказалось дома, и, помня мое приглашение, они заехали к нам.
Надо сказать, что Василий еще тот тип. Он старше меня на 5 лет, и ниже почти на голову с хорошо развитым животиком. Первой, из подруг, в школу пришла работать педагогом Вера. Она сразу приглянулась Васе. Но к нему она таких же чувств не испытала. Через год появилась и моя Ира. Тут уж Василий не давал ей проходу. Предложение о замужестве делались постоянно.
Но Ира предпочла меня. Замужество дамы сердца не остановило Васю. Напор его на Иру не ослабевал. Не раз на «междусобойчиках» видел, как Василий, хорошо приняв на грудь, не стесняясь меня, делал довольно прозрачные намеки Ире насчет секса.
Возраст Василия поджимал. Он сделал предложение Лизе. Она не отказалась. То что эта женитьба, через полгода после нашей, была не по любви, ясно как день.
Чтобы представить Лизу, достаточно вспомнить Крупскую – на которую она чертовски похожа.
Василий обладает одним несравненным достоинством – голосом. Отличным голосом, высоким и сильным. В сочетании с виртуозной игрой на баяне, который всегда брал на «междусобойчики», он прекрасно вел музыкальную часть вечеров.
Сейчас неразлучный баян также был с ним.
Все расположились за столом на кухне. Я, как всегда, с торца стола возле входной двери. Возле меня, упираясь боком мне в колени, Лиза. Затем на стуле Василий с баяном. Так как за столом стало очень тесно, Вера, Слава и Ира сидели, на приставной скамье вдоль стола, тесно прижавшись.
На правах хозяина предложил тост за вновь прибывших. Им налили штрафные – по полному стакану рябиновки. Лиза жеманясь , было, стала возражать. Но все дружно ее стали уговаривать. Она немного отпила и хотела поставить стакан, но я надавил пальцем снизу на дно, опрокидывая на нее. Волей, неволей, поперхнувшись, Лиза выпила все, только несколько капель упали на спортивную куртку.
- Сергей не надо так, я чуть не захлебнулась. Я вообще не пью.
- Лиза, а кого ты здесь видишь, кто бы пил. Так для веселья.
Закусили. Еще выпили. Лизке и Ваське опять налили штрафные, чтоб от нас не отличались. И опять я помог Лизе все выпить.
Василий взял свой баян и начал петь. Вся наша разномастная, кто во что одет, компания дружно подхватили. Зрелище на нас со стороны было живописное. Я и Слава в плавках, Лиза с Василием в спортивных костюмах, Ира и Вера в банных халатах.
Вдруг я заметил, что Василий поет, уставившись в одну точку. Лицо его при этом стало напряженным и красным, как рак. Проследив за его взглядом, оторопел.
Дело в том, что свой длинный до пят халат Ира отдала Вере, на правах гостьи. Сама надела халат 15 летней племянницы – девицы намного ниже ее и субстильней. К тому же очень короткого и с отсутствующей нижней пуговицей. Он едва прикрывал ей зад. А передние полы, чтобы не разлетались, приходилось придерживать руками.
Сейчас, Ира держала в одной руке рюмку, а другой вилкой пыталась подцепить закуску, забыв о полах халата. Они естественно разъехались в стороны, открывая нижнюю часть кучерявого лобка. Вот этот чудный вид, его безответной страсти, так сильно подействовал на Васю, что его конец стал подниматься. Это было ясно видно по оттопыренному трико. Причем расстояние, от паха до оттянутого бугра, показывало недюжинный размер члена. Действительно, как многие невысокие мужики, Вася пошел в «корень». Меня это даже позабавило. Ситуация напоминала басню «Лиса и виноград».
Вдруг, ни с того, ни с сего, Лиза стала всхлипывать, а затем и рыдать. Такой тип дам мне был знаком – как выпьют так в слезы.
- Сереж дай я пройду в ту комнату. Посижу, успокоюсь.
Я проводил ее зимнюю комнату, закрыл дверь, усадил на диван. Дал полотенце утереться.
- Сереж извини, испортила вам вечер.
- Лиз успокойся, все нормально. Посиди. Расслабься.
Сам расположился в кресле.
Лизу вдруг прорвало. Она стала мне рассказывать о себе, о Ваське, о семье. Васька ее не любит, в семье нелады. Она явно меня спутала с Ирой, которой видно доверяла свои сокровенные тайны. Вежливо киваю головой, сочувствую.
Неожиданно, пользуясь ее поддатостью, решил выяснить один вопрос, который давно мучил меня.
Дело в том, что за год до этого вечера, я три месяца провел в дальней командировке. Провел честно – не коснулся ни одной женщины. Приехал домой до того истосковавшимся по Ирине, что едва не кончил от ее объятий в аэропорту. Трахнулись сразу, как только зашли в квартиру. Наутро в прекрасном настроении, после бурно проведенной ночи, раскладывал вещи в платяном шкафу. Ира готовила завтрак. Неожиданно с верхней полки мне под ноги упала пестрая коробочка. Поднял. Это была вскрытая пачка презервативов. Открыл, в ней было только два - одного не хватало. Меня словно ударили обухом по голове. Свет потемнел. Мы с женой не применяем презервативы. У Иры для предотвращения нежелательных последствий вставлена спиралька. Размышлял минут десять. Что делать? Как не тяжко было на сердце, решил забыть о находке - сам частично виноват, не надо было жену оставлять так долго одну. Вернул пачку на место. К вечеру она исчезла.
Но мысль билась – Кто? Ясно кто-то свой, знакомый.
Подозревал ее коллегу Романа. Ромка, похожий на цыгана мужик работает в ее школе.
Крепко поддавал, едва не выгнали из школы. Жена от него ушла. Начала готовить развод. Моя ненаглядная и очень сердобольная Ирина принялась спасать его. Дала денег на кодировку. Ромка в итоге пить перестал. Говорят, что очень благодарил жену - не дала пропасть.
- Лиза, а правда говорят, что Роман при всех целовал Ирину - неожиданно спросил я.
- Что ты, что ты Сергей. Нет. Он только целовал ей руки. Она его спасла. А Ира его только в макушку поцеловала. Ира такая добрая, хорошая.
Вот это новость. Где руки, макушка, там видно и презерватив. Спустя год во мне уже все перегорело, осталось одно любопытство. И я его, похоже, удовлетворил.
За стеной стихло пение – на кухне видно утомились и угомонились. Стал подрёмывать.
Сколько времени прошло, наверно больше полчаса - я не заметил, как неожиданно услышал отдаленный гул. Самолёт летит, решил я. Странно, ведь в нашей стороне они не летают. Гул приближался, креп и неожиданно остановился во дворе. Лиза тоже услышала.
- Сереж, а что это гудит?
- Не знаю. Давай выйдем, глянем.
Направились во двор. На кухне на столе бедлам, но никого нет. Куда все подевались? Глянул в летнюю комнату – там тоже пусто.
Гул шел со двора. Вышел на улицу оторопел от увиденного.
Из печной железной трубы бани, в черное ночное небо метров на пять вверх, с гулом бил огненный столб, как из огнемета. Искры фейерверком сыпались на шифер крыши бани. Ясно, что загорелась сажа и смола в трубе.
Дело в том, что весной к нам на предприятие поступило оборудование на сосновых поддонах. За скромную плату наш вахтер переколол их на дрова. И я целое лето топил ими баню. Сажа и смола отложились в трубе, так что баня в последнее время стала дымить. Но сегодня я протопил ее березовыми поленьями, жар от них поджег сажистые отложения. Что делать? Я растерялся. Как бы пожара не было.
- Лиза нужно залить печь – догадался я.
Мы кинулись в баню. Дверь в парную была распахнута настежь и перекрывала предбанник. В парной голые сидели Слава и Вера, с удивлением глядели на нас. А где Васька и Ирина?
Закрывая дверь в парную, заглянул в предбанник и остолбенел.
Головой в дальний угол, согнувшись раком, на прямых ногах, стояла голая Ира. К ее заду, в чем мать родила, прижимался низом живота Василий. Он поставил правую ногу на лавку, чтобы было удобней, и с силой насаживал Иру на себя. Поднятая правая нога, полностью открывала вид на их сцепленные промежности. Его громадные яйца, каких мне не приходилось раньше видеть, размером каждое с мой кулак, в мошонке величиной с бычью, мотались, как маятник. При каждом движении его члена в Ирину, они со стуком бились о ее живот в районе пупка. При этом из ее «красавицы» слышался сочный, чавкающий звук, как если бы кто-то ходил рядом по вязкой грязи в резиновых сапогах. Член размером в полтора моих, исчезал в «красавице», как поршень.
Мы их застали в момент кульминации. Ира томно просила:
- Вася, Васечка, поглубже, поглубже и посильнее.. О.. О.. О…
Ира начала задыхаться – приближался оргазм.
Неожиданно Васька начал бормотать:
- Сука,Шлюха подзаборная. Почувствуй настоящий х*й.
Во мне все упало. Было ощущение, что умираю. Пока я успокаивал его жену, на которую и дохлый кот не позарится, Васька уговорил и дорвался до много лет ожидаемого наслаждения – трахал Иру. Вот тебе и басня «Лиса и виноград» - выходит я сам себя перехитрил - оставил их одних. Отборный мат продолжал сыпался с Васькиного языка. Меня это окончательно добило.
Не отдавая себе отчет, я шагнул вперед, к ним.
Неожиданно, до этого стоявшая в ступоре, Лиза, обхватила меня рукой за шею и с силой потащила из бани.
- Лиза постой, погоди, дай затушить печь, может пожар быть – пытался сопротивляться я.
- Сереженька идем, идем – она буквально волокла меня – миленький идем отсюда. Печь сама догорит.
Одновременно, она левой рукой расстегнула свою молнию на куртке, задрала блузку и вывалила из лифчика груди. Они были великолепны - каждая размером с трехлитровку.
- Сереженька идем, идем – она продолжала тащить меня прочь от бани.
Втащила в дом, в зимней комнате толкнула на диван. Схватив мои ладони, прижала к своей голой груди. Первое впечатление было, что они необъятны, а мои ладошки очень малы, чтобы обхватить их. Я попытался встать, но Лиза лицом ко мне уселась верхом, пресекая всякую попытку.
Одновременно, торопясь и волнуясь, она стала скидывать с себя одежду, пока не осталась абсолютно голой. Мне показалось, что это заняло у нее всего пару тройку секунд. Приподнявшись, рывком сдернула с меня плавки.
Совершенно не думаю, что то действо, чем занимались Вася с Ирой, и свидетелями которого мы оба были, ее так возбудило. Просто очень доброй и неконфликтной по натуре Лизой двигало желание избежать скандала или даже хуже, чувствуя мое отношение к ее мужу - драки в бане. Важно было убрать меня оттуда, и любой ценой переключить внимание. Признаться, в итоге, ей это удалось.
Лизу била крупная дрожь. Руки тряслись. Вся раскрасневшаяся, она прятала свой взгляд, и сильно волнуясь, шептала:
- Сереженька лежи спокойно, подожди, подожди я сейчас, сейчас.
Она пыталась поднять, возбудить мой член, драча его. Пухленькие Лизины ладошки делали это с такой удивительной сноровкой и нежностью, что член стал наливаться. Не дождавшись его полной эрекции, она попыталась вставлять его в свою щелку, поросшую густыми рыжими волосками. Будучи недостаточно упругим, он вываливался. Она снова делала попытки, одновременно наклонившись и целуя мои соски. При этом она не забывала, контролировала мое поведение – продолжала верхом сидеть внизу моего живота, крепко сжимая мои бока своими полными коленями.
Хоть я и не видел в Лизе сексуального объекта, особо желанного для себя, противостоять ее ласкам не смог. Да и мужик все же я, в конце то концов.
Член поднялся, налился силой. Уже сам, рывком вогнал ей его. Первое впечатление, что он провалился, во что-то большое, мягкое, теплое и влажное. Не было и намека, на ту узость, что у Ирины, или жаркую сухость Веры. Лиза задышала громко, закрыла глаза, начала активно двигать пахом навстречу моему дружку.
- Сереженька давай, давай...- подбадривала она меня. И вдруг неожиданно:
- Сереженька давай *би меня, шлюху, тварь…- и прочий мат, какого я и от мужиков не слышал. Она это выкрикивала довольно громко. Я невольно взглянул на дверь, вдруг кто-то есть на кухне и может это услышать.
Вот это новость. Этого я от Лизы – тихони и молчуньи никак не ожидал. Ясно стало, почему Васька материл Ирину – по семейной привычке.
Не переставая удивляться той метаморфозе, что произошла с Лизой, мы кончили. Вот тебе и Лиза, на которую кот не позариться.
Усталость прошедшего дня и масса выпитого дали о себе знать. Незаметно для себя я отрубился и уснул.
… Проснулся около 12 часов дня.
- Лежебока вставай – надо мной, смеясь, склонилась Ирина.
- Как спалось? Состояние как? – с подначкой спросила она.
- Да неплохо. Голова не болит. Только общая расслабленность организма.
- Еще бы, столько выпить.
- Ир, а, где все?
- Кто все? Лиза и Василий уехали еще в семь часов утра - сестра приехала
Ясно, что Лиза не хотела нашей с Васей встречи.
- Вера во дворе, а Славик еще спит. Ты хоть помнишь вчерашнее? – краснея, но с непонятной мне настойчивостью, спросила Ира.
- Ну, смутно.- не хотелось ничего уточнять.
- Ты раньше всех уснул. А мы еще погуляли, песни попели. Затем по роще побродили. Хотела пригласить тебя с нами, заглянула в комнату, а ты уже уснул в кресле. Лиза читала. Ты так и проспал, вон до 12.
- Я, что так и не вставал?- осторожно, скосив на нее глаза, поинтересовался.
- Лиза сказала, что нет, засоня.
Да, видимо добрая Лиза ничего не сказала Ире о том, что мы с ней видели ночью в предбаннике, и чем затем в комнате занимались. Я тоже не стал об этом распространяться.
- Сереж, я дано хотела с тобой поговорить.- Ирина прилегла на бок с края дивана.
- О чем это?
- Знаешь, мы живем как то монотонно, однообразно – дом, работа, дом, работа. А жизнь то одна - другой не будет. Никуда не ездим. Вон Вера со Славиком дважды в год катаются по курортам. А тебя не то, что куда-то повести, а даже в театр не вытянешь. Живем как старики.
- Ирин ну я же работаю.
- Все работают, но находят время и для отдыха. Я специально вчерашнее организовала, чтобы тебя встряхнуть.
- Ты – удивленно спросил я.
- Ну не ты же.
- Погоди. Это же я пригласил Веру со Славиком к нам сюда.
- Он пригласил. – с сарказмом сказала Ира – да мы с Верой уже все обговорили. Ты бы не пригласил, я бы пригласила – решила, что в жизни нужно кардинально все менять.
- Ничего не понимаю. Значит и со Славиком вчера ты тоже спланировала.
- Ну, со Славой, допустим, это была твоя инициатива. Этого я как раз и не планировала. А вот Вера согласилась расшевелить, развлечь тебя. Как ты уже, наверное, заметил, она излишними комплексами не страдает.
- Интересно, а как бы вы исключили из всего этого Славика.
- Если бы не ваша самостоятельность с подглядыванием, то еще бы пара рюмок, и Славик уснул бы как младенец до утра. Да ты и не хуже меня это знаешь… Сереж, жизнь нашу нужно как-то менять… Я даже подумывала, а не развестись ли нам – я удивленно, точнее ошарашено, глядел на нее - Честно, честно. Но я отогнала эти мысли. Я очень тебя люблю.
Вот это новость. Сердце в груди похолодело и заныло от этих слов. Я тоже очень люблю Иру.
Чтобы понять, как тяжело было для Ирины только задуматься о разводе, нужно сказать, что она из очень строгой патриархальной семьи. До свадьбы у нас были только поцелуи, объятия и не более. Ира мягко пресекала все попытки положить ей руку ниже пояса. Она была девственницей. Да и у меня было всего одна девица – не оставившая о себе никаких воспоминаний и ничему меня не научившая.
Фактически она была у меня первая и до сего дня единственная. Я был ей благодарен. И постоянно помнил тот вечер, когда после свадьбы мы остались одни в комнате. Был полумрак – горели только ночники. Тишина была до звона в ушах. Мы стояли друг против друга, глядели в глаза, не решаясь приступить к тому, что так долго ожидали. Глубоко вздохнув, словно на что-то решившись, Ира медленно подняла руки и стала снимать фату. Шпильки с легким звоном посыпались на ковер. Наконец фата, как большая белая бабочка, медленно кружась, спланировала на пол. Не отрывая своих лучистых, сияющих глаз от моих, Ира, также медленно завела руки за спину и расстегнула молнию на платье. Платье, тихо шурша, скользнуло с ее плеч. Ира слегка помогла руками проводить его вниз на бедрах. И вот в потоке лунного света и ночников стоит моя молодая супруга только в белоснежных атласных трусиках и лифчике. Я поразился той метаморфозе в ее облике, что произошла в эти мгновенья. Вместо, как мне раньше казалось, дробненькой девушки, с маленькими ручками и худенькими икрами, передо мной стояла девица с довольно пышными бедрами, и широкой грудью. Еще раз, глубоко вздохнув, Ира расстегнула лифчик и, придерживая чашечки руками, робко отвела их от груди. Я впился глазами в ее широкую, слегка раскосую грудь с небольшими розовыми сосками. Даже в полумраке, царившем в комнате, было видно, что лицо Ирины полыхало. Она волновалась, часто и глубоко дышала – грудь ее поднималась и опускалась. Мой член начал наливаться и подниматься. В висках я слышал частый, громкий стук моего сердца. В полной тишине, не произнося ни единого слова, Ирина медленно стала снимать трусики. Когда открылся вид ее рыжеватого, кучерявого в мелких колечках лобка, сердце было готово вырваться из моей груди. И вот уже полностью обнаженная супруга в первый раз стоит передо мной, прижимая руки к груди.
- Сережа…Что же ты стоишь…Ну…Сережа…- робко, прерывисто, сухим срывающимся голосом произнесла она.
Опомнившись, я быстро скинул с себя галстук, рубашку и брюки. Взявшись за плавки, спуская их вниз, взглянул на Иру. Мне было интересно рассмотреть ее выражение лица, как она отреагирует, когда впервые в жизни увидит мужской член. Меня это очень возбуждало. Но она смотрела только мне в глаза, видимо стесняясь глянуть вниз.
Взяв ее за дрожащую, горячую и потную ладошку подвел к кровати. Еще раз глубоко вздохнув, окончательно решившись, Ира спиной легла на кровать поверх одеяла, закрыла глаза и вытянула руки вдоль тела. Белеющее под бледным светом тело казалось мраморным.
Я тихонько прилег рядом с ней. Жадно, в первый раз, разглядывал каждый изгиб ее тела. Очень хотелось увидеть щелку ее «красавицы», но, к сожалению, ее сомкнутые полные бедра и колечки волос лобка полностью скрывали ее.
Решившись, я осторожно положил свою руку ей на грудь. Ира часто начала дышать, словно ей не хватало воздуха. У меня во рту все пересохло. Осторожно помял ее грудь, слегка погладил соски. Я словно исследовал ее. Я действительно был первооткрывателем.
Все происходило в полной тишине. Моя рука скользнула низ, и легла на нежный и шелковистый, светло рыжеватый «мох» лобка. Ни одна мужская рука еще не ложилась на него. Осторожно попытался пальчик просунуть дальше внутрь. Сжатые бедра немного раздвинулись. И наконец я увидел, то о чем мечтал в своих снах - бледные, маленькие, слегка сморщенные розовые губки «красавицы».
Ирина продолжала также неподвижно лежать с закрытыми глазами. Только легкий румянец на щеках, выдавал ее волнение.
Я попытался просунуть пальчик дальше в щелку «красавицы». Внутри было влажно. Неожиданно вздрогнув, Ира остановила мой пальчик:
- Больно.… Попытайся милый зайти САМ…. – она не смогла выговорить слово ЧЛЕН.
Мой член уже перевозбудившись, подрагивал от нетерпенья. Я осторожно лег сверху на ее прохладное тело. Раздвинув ноги, жена, вся дрожа, не открывая глаз попросила:
- Сереженька, войди в меня….
Я никогда не забуду то ощущение, какое передалось мне, по мере того, как мой член чуть, чуть вскользнул в нее. Словно я весь переместился на кончик его головки. Я просто физически ощутил, как он скользнув по клитору, впервые раздвигает девственные губы, продвигаясь вглубь.
Ирина часто задышала. Видно, что ее это тоже возбуждало и ей хорошо. Руки обвились вокруг моей шеи. Наши губы слились в поцелуе.
Член продвинулся еще немного, и, я ясно это почувствовал, уперся во что-то. В этот момент Ирина вздрогнула, слегка вскрикнув от боли.
- Больно….
Я замер. В голове метнулась мысль - что делать? Я растерялся. Двинулся было назад. Но Супруга придержала меня:
- Серенький, стой, не выходи…. Осторожно, без рывков, пробуй двигаться дальше…Только медленно… Прошу тебя….Медленно….- последнее слово она произнесла буквально по слогам.
Под эту просьбу, я весь, мгновенно вспотев от напряжения и боясь доставить жене боль, попробовал протиснуть член дальше. Но он постоянно упирался в преграду, вызывая стон у жены.
- Милый давай я попробую сама.
Ирина положила руки мне на зад и осторожно, очень медленно, контролируя свою боль, начала давить его на себя. Неожиданно я почувствовал, как мешавшая мне внутри преграда стала раздаваться в стороны. А член протискивается сквозь нее внутрь. Ирина только слегка стонала, сжимая губы. На лбу у нее вступила испарина. Слышалось слабое:
- Ммм…мм..ммм….
Наконец, разрываясь целка скользнула вдоль всего члена, и он провалился по самые яйца в «красавицу». От неожиданности мы оба остановились. Я попытался двинуть его назад и снова вперед, но Ирина остановила, попросив:
-Сережа, дай немного передохну.
Через минуту.
- Сережа, ну что-же ты…..
Я начал вгонять член в жену сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее. Сначала Ира закусывала губы, но по мере ускорения моих движений, ее лицо стало расслабляться. Вдруг мышцы ее «красавицы» сжали мой член с такой силой, что я ощутил небольшую боль.
- Серенький сильнее, сильнее….милый… ну сильнее…
Ирина неожиданно стала кусать меня за плечо - она кончала, часто целуя меня.
- Серенький, Серенький мне никогда так не было хорошо… никогда….милый…любимый…
С этими словами мой член взорвался, выстрелив в нее, все, что я накопил за месяцы дружбы и любви с ней.
Лишь только тот, кому посчастливилось самому «раскупорить» любимую женщину, поймет, сколько гордости доставили мне эти слова супруги. В медовый месяц оргазм она испытывала по нескольку раз в день. Жена оказалась очень сексуально активной и изобретательной в применяемых позах сношения.
И вот за годы брака с характером моей Ирой произошли изменения. Как и любая женщина, она, взрослея, стала менее стеснительной и более раскованной. Ей, как и мне, захотелось новизны в сексе. Ибо супружеский секс с годами приедается,
В нашей сексуальной жизни, частота ее оргазмов стала снижаться. В лучшем случае она получала его в половине случаев нашего «баловства».
Через неделю после этого незабываемого вечера, мы как обычно, просмотрев легкую порнушку, решили заняться любовью.
Вначале Ирина завелась и с настроением стала целовать меня, но когда я членом уже активно двигался в ней, стала остывать. Перестав подмахивать, шепнула:
- Сережа, не жди меня, кончай сам. Я что-то сегодня не в форме.
Естественно после этих слов мое возбуждение также начало угасать, а член опадать. В таких случаях, чтобы быстрее кончить, я старался вызвать в своем воображении какие-то яркие сексуальные сцены. Просмотренный фильм был слишком легким и не годился для этого.
Неожиданно я вспомнил наш банный вечер на даче. В голове вихрем промелькнули пикантные сексуальные подробности: я на Вере, Ира рачком со Славой и Василием. Но наиболее ярким и возбуждающим был момент, когда я толкнул Иру на Славу. Представив его, я словно заново пережил его. Возбудился сильно. Член налился, и я с новой силой стал его вбивать в «красавицу» супруги. В воспоминании, тот момент, когда я сам толкнул жену и насадил на член чужого мужика, был самым возбуждающим и настолько ярко и отчетливо вспыхнул в моем сознании, словно это случилось несколько минут назад. Также как и тогда, я, снова не отдавал себе отчет о происходящем. И не контролируя себя, приблизил свои губы к самому Иришкиному уху и жарко зашептал:
- Ирочку …Милую… Толкнул на член Славки… Насадил Иришкину «красавицу» по самые яйца на член чужого мужика….Как хорошо милая – мне действительно стало так хорошо, как давно не было.
В этот момент Ирино лицо напряглось, брови немного нахмурились. Но уже в следующее оно расслабилось. Ириша стала часто дышать, часто сглатывая слюну – верный признак сексуального возбуждения. Своим тазом она стала слегка посылать свою «красавицу» навстречу моему члену. Она возбуждалась. Я продолжал шептать в самое ушко, слегка покусывая его:
- Целую..обнимаю тебя сверху…. Такую доверчивую, нежную , милую, недотрожку мою … А снизу тебя в «красавицу» развратно долбит член чужого мужика…В дырочку которую я «раскупорил»…В это самое дорогое твое приданное… Долбит на моих глазах….Твоего мужа…Я тебя нежно целую … А он долбит и долбит… Совращает тебя…
После этих слов Иришка застонала – оргазм охватывал ее с ураганной скоростью. Она с силой стала подмахивать, раскинув руки в стороны. Она громко стонала, мотая головой, не контролируя себя. Кончили вместе. Давно мы не испытывали такого сексуального безумия.
Так появилась у меня «палочка выручалочка». Стоило мне прошептать слова, напоминающие жене о нашем совместном «грехопадении» - участии в групповушке, как у супруги оргазм следовал незамедлительно. Мы словно заново переживаем весь тот банный вечер.
Прошло уже несколько лет, а этот способ возбуждения все также надежен – не было ни одной осечки. Рутины приевшегося супружеского секса как не бывало. Смело рекомендую его всем.
Нет никакой потребности ни у меня, ни у супруги для освежения чувств идти на сторону. Ну у меня действительно нет, а вот у Ирины? Из головы не идет выпавшая из шкафа коробка с презервативами…